воскресенье, 12 июня 2011 г.

Представитель аппарата Уполномоченного по правам человека в РФ Михаил Одинцов. Горно-Алтайск, 16 марта 2011 года.



М.И. ОДИНЦОВ

Тезисы выступления в прениях
в качестве защитника
по уголовному делу № 1-376/10
в отношении А. В. Калистратова, обвиняемого
в совершении преступления,
предусмотренного ст. 282 (ч. 1) УК РФ.

Горно-Алтайск, 16 марта 2011 года

Ваша честь,

Почти четверть века назад, в СССР состоялись последние судебные процессы над членами организации Свидетели Иеговы, обвиняемыми в совершении уголовных преступлений, а по существу - за свои религиозные убеждения. Выросло новое поколение граждан Российской Федерации, верующих и неверующих, представителей различных церквей и деноминаций, не знающих насилия над религиозной совестью и убежденных, что оно никогда не должно и не может повториться в нашем Отечестве.

Но последние год-два поколебали уверенность верующих граждан, вновь посеяли в их душах семена сомнения и страха перед возможной угрозой насилия в отношении их интимной духовной жизни.

Обращение ко мне Александра Викторовича Калистратова в начале октября 2010 г. стало поистине знаком беды, готовой обрушиться сначала на этого человека, затем на его соверующих, а потом и на тысячи, и тысячи иных граждан, осознанно сделавших свой выбор в пользу вероучения Свидетелей Иеговы. Я не мог, просто не имел права, не откликнуться на его просьбу стать защитником в этом судебном процессе.

Дело беспрецедентно в новейшей истории России и привлекает внимание российского религиозного и правозащитного, правового и научного сообществ, да и всех, просто честных граждан, обеспокоенных утратой, может быть, единственного реального достижения перестроечных лет освобождения страны и человека из тисков политико-идеологического и антирелигиозного насилия, обретения новой свободной жизни многими и многими религиозными сообществами.

Ныне слушаемое дело привлекло внимание и огромного числа самых разнообразных зарубежных организаций и граждан многих стран мира: от «простых людей» до тех, кто занимает важные государственные и общественные посты. О нем (деле) пишут и говорят на многих языках мира, его комментируют на ведущих зарубежных теле-и радиоканалах. Не будем лукавить, общее мнение и общий тон суждений далеко не в пользу российского правосудия. Немало остается еще и тех сил, которые хотели бы использовать процесс в своих конкретных политических целях навязать мировому сообществу, новый, но по существу реанимировать «старый советский» имидж страны, где не уважались и не соблюдались права и свободы граждан, где дозволительно было унижать человеческое достоинство гражданина по признаку его отношения к религии, где государство беспардонно вмешивалось во внутренние дела религиозных объединений, и навязывало своим гражданам мировоззренческое единообразие.

Мною внимательно изучено и проанализировано Обвинительное заключение Прокуратуры Республики Горный Алтай в отношении обвиняемого А.В. Калистратова.

Присутствуют ли в нем объективные сведения, которые нашли свое подтверждение в ходе судебных заседаний?

Да! Во-первых, в той его части, которая сообщает о правовом статусе местной религиозной организации Свидетелей Иеговы в г. Горно-Алтайске и ее руководителя - А.В. Калистратова (с.2). Во-вторых, в той части, где помещены показания свидетелей, как членов данной организации, так и не состоявших в ней (с.16-43). В обоих случаях мы получаем информацию о целях, задачах и формах деятельности религиозной организации; о ее внутренней жизни, связанной с проведением богослужений и обрядов, изучением и распространением религиозной литературы; об организационной, духовной и наставнической деятельности А.В. Калистратова и других руководителей общины. Об этом говорила и сторона обвинения.

Обращу внимание, что речь идет исключительно о законной, легальной деятельности, которая ничем не отличается от деятельности иных религиозных организаций. Но почему-то в нашем случае именно эта информация подается в Обвинительном заключении как свидетельство о преступных действиях со стороны обвиняемого, ибо она следует за словами: «Доказательствами, подтверждающими обвинение Калистратова А.В. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1. ст. 282 УК РФ, являются…» (с. 16). Логика составителя Обвинительного заключения непостижима, но факт: информация о законной деятельности организации трансформируется в обвинение против ее руководителя.

Как это ни покажется странным для такого рода документов, но Обвинительное заключение не содержит в себе обоснованных и доказанных свидетельств виновности обвиняемого в инкриминируемом ему преступлении по ст. 282 (ч.1) УК РФ. Не было их предоставлено обвинителем и в ходе сегодняшних прений. Нет их (доказательств) и в других материалах дела.

Однако вопреки всему вышесказанному, в Обвинительном заключении делается следующий основополагающий и обобщающий вывод: «Своими действиями Калистратов Александр Викторович совершил преступление, предусмотренное ч. 1. ст. 282 УК РФ действия, направленные на возбуждение ненависти и вражды, а также на унижение достоинства человека и группы лиц по признакам отношения к религии, а равно принадлежности к социальной группе, совершенные публично, с использованием средств массовой информации» (с. 16).

Сторона защиты уже задавала вопросы к процитированному выводу: Где действия? Где умысел? Где публичность? Где средства массовой информации? Где последствия действий обвиняемого? В чем, в каких формах выражены и в адрес кого направлены «унижение и оскорбление», «возбуждение ненависти и вражды»? Вынужден и я их вновь повторить, так как, к сожалению, внятных пояснений со стороны обвинения до сих пор не прозвучало.

Вчитываясь в Обвинительное заключение, все более и более приходишь к убеждению о его вторичности, так как перед нами механическим образом сцепленные выдержки из Заключения судебно-экспертной комиссии по результатам судебной комплексной психолого-лингвистической религиоведческой экспертизы Кемеровского государственного университета (от 4 мая 2009 года), которыми оперирует, на которые опирается и к которым прибавляются отдельные исключительно негативного содержания утверждения составителя Обвинительного заключения.

Такой подход к Заключению судебно-экспертной комиссии, как к «доказательству» вины А.В. Калистратова, обязывает и меня более пристально взглянуть на роль и место в данном процессе этого документа.

В судебных заседаниях специалистами со стороны защиты уже была дана полноценная и убедительная оценка этому псевдонаучному материалу, по существу и духу своему - провокационного, ибо безосновательно он призывает государство к репрессивным мерам в отношении значительной части российского общества только потому, что оно, якобы, «не так верит и не тому поклоняется».

Думаю, что в ходе прений еще будут приведены суждения по содержанию этой псевдоэкспертизы. Я бы хотел обратить внимание лишь на одно, но просто недопустимое упущение. Была заявлена «религиоведческая экспертиза», однако ни религиоведа в составе экспертов, ни религиоведческих подходов и методов, ни религиоведческих знаний и выводов в тексте Заключения комиссии нет! Таким образом, остается непонятным, в качестве какого общественного объединения рассматривается в Обвинительном заключении деятельность организации (и ее руководителя) Свидетелей Иеговы в Горно-Алтайске спортивного, научного, благотворительного, политического или еще какого?!

Это не просто академически праздный вопрос, а принципиально важный практический вопрос! Поскольку, только религиозные объединения действуют в особом правовом режиме они согласно Конституции Российской Федерации «отделены от государства». Данное многоаспектное положение включает в себя автономность внутренней жизни любой и каждой отдельно взятой церкви, деноминации, религиозного объединения. Это означает, что организации мировых и национальных церквей и религий (все и каждая в отдельности!) вправе иметь, высказывать и распространять свои богословско-оценочные суждения по любому историческому, мировоззренческому, религиоведческому, морально-нравственному, социальному, политическому, историографическому и т.д., и т.п. вопросам. Это их (!) право. Оно не подлежит какому-либо уголовно-административному и иному регулированию и ограничению, осуждению и запрету со стороны государства. Это особый и отделенный от него мир. Более того, демократическое государство, уважая внутреннюю свободу религиозных объединений, ограждает ее мерами, в том числе и уголовного преследования за неправомерное воспрепятствование деятельности религиозных объединений, с чьей бы стороны это ни исходило. Точно также, охраняется законом право членов религиозных объединений иметь, менять и распространять свои религиозные убеждения и жить сообразно с ними.

Это абсурд, нонсенс, что Свидетелям Иеговы и их религиозно-назидательной литературе вменяется в вину и наклеивается ярлык «экстремизма и нетерпимости» только за то, что они реализуют свое право - иметь, отстаивать и распространять собственное конфессионально обобщенное мнение по вопросам исторического или современного характера. Добавлю, право это прописано в Конституции России и закреплено во множестве международно-правовых актах, под которыми стоит и подпись России. Безусловно, то же самое я скажу и применительно к любой другой законно действующей религиозной организации в России. Все они - независимо от государства, партий, общественных движения и мнения, научного сообщества; от других, не связанных с ними религиозных организаций, или от отдельных лиц - имеют право выражать свое мнение, и это есть часть той самой свободы вероисповедания, что закреплена в Российской Конституции.

Я останавливаю себя, чтобы далее не углубляться в ткань сложнейших и тончайших нитей переплетения отношений и взаимоотношений, предопределенных нашей отечественной историей и днем сегодняшним, между государством и религиозными объединениями, с одной стороны; между самими религиозными объединениями - с другой; между религиозными объединениями и остальным гражданским обществом с третьей; между гражданами, имеющими различные мировоззренческие убеждения - с четвертой. Хотя не могу не добавить к сказанному, что существует еще целый ряд конституционных (!) терминов и понятий, без учета и опоры на которые недопустимо приступать к уяснению вопроса законности или незаконности деятельности религиозной организации и ее представителей (членов). Это - свобода совести, свобода вероисповедания, светскость государства и государственной школы, равенство религиозных объединений между собой и перед законом; право на граждан на объединение в религиозные сообщества, идеологическое многообразие и мировоззренческий плюрализм.

Убежден, если бы эксперты учли все вышесказанное, и отталкивались бы в своих рассуждениях от ключевых, исходных, базовых понятий, касающихся свободы совести и свободы вероисповедания, а не свели бы экспертизу к изложению своего субъективно-эмоционального мнения и примитивно-обыденного, не опирающегося на религиоведческую научную основу, представления о «вреде и пользе» конкретных религий, – то никакого процесса и вовсе не должно было быть.

Восполняя пробел экспертов, считаю необходимым указать на следующие моменты:

1. Свидетели Иеговы признаваемая и действующая в большинстве стран мира христианская организация, часть общемирового христианства. Абсолютное большинство христианских церквей и деноминаций признает таковой Свидетелей Иеговы, а Свидетели Иеговы, в свою очередь, не отделяют себя от христианства как вероучительного движения, зародившегося две тысячи лет назад и существующего поныне. Свидетели Иеговы имеют свое местоположение в этом христианском потоке, не отделяя себя от него, но и не смешиваясь с другими христианскими церквами и деноминациями, которых насчитывается в общей сложности более трехсот, и которые действуют точно с таких же позиций в определении своего места в христианстве.

2. Свидетели Иеговы в России - это не иностранная (чуждая) религиозная организация, а российская, вот уже более века присутствующая в отечественной истории и общественной жизни; поддерживаемая значительным числом верующих, для которых эта вера есть осознанный выбор, образ жизни и мировоззрения. Таковой она признается не только государством, но и большей частью религиозного и религиоведческого сообществ.

3. Не вдаваясь в политико-идеологические, партийные, организационные и правовые причины (объективного и субъективного свойства), отметим, что отношение российского государства к Свидетелям Иеговы на протяжении большей части XIX-XX вв. было резко отрицательным, репрессивным. Верующих судили, ссылали, сажали, убивали. Религию Свидетелей Иеговы запрещали, признавали «антигосударственной и изуверской», подвергали антирелигиозному поношению. Нередко обвинители и гонители удовлетворялись лишь одним «доказательством» вины этих людей фактом изготовления и распространения, чтения и изучения журналов «Пробудитесь» и «Сторожевая башня», других религиозно-нравственных изданий. Как следствие, неправомерно ограничивались права и свободы граждан, ломались человеческие судьбы десятков тысяч наших сограждан.

4. Лишь двадцать лет назад (март 1991) пришло время «собирать камни» и восстанавливать справедливость, приносить покаяние и воздавать каждому по заслугам. Централизованная организация Свидетели Иеговы и ее местные общины наконец-то были признаны государством и смогли в легальных условиях приступить к религиозной деятельности: возводить молитвенные дома, издавать литературу, обучать религии, проводить богослужения и распространять истины своей религии при этом во всем опираясь на своих соверующих, которых в России насчитывается несколько сот тысяч человек.

5. В 1996 г. был подписан поистине исторический документ Указ Президента РФ (378), осуждающий «советский террор в отношении представителей всех конфессий». В полной мере он (указ) относится к Свидетелям Иеговы. Многие из тех, кто был «гоним за веру» - реабилитированы, но, к сожалению, немногие дожили до этого дня. Хочу вновь подчеркнуть, что мотивы обвинения, по которым эти люди безвинно страдали многие годы и даже десятилетия, звучат по-страшному современно, отчетливо улавливаются в псевдонаучной Экспертизе Кемеровского госуниверситета, которая, в свою очередь, стала основой для Обвинительного заключения - «пропаганда религиозного превосходства», «возбуждение вражды и ненависти в связи с отношением к религии», «пропаганда религиозной и социальной розни», «побуждение к отказу от военной службы и исполнения других гражданских обязанностей», «антигосударственная, экстремистская деятельность», «призывы к неучастию в общественной жизни».

6. После принятия в 1997 г. нового федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях» Свидетели Иеговы, как и другие религиозные организации, прошли государственную перерегистрацию. Ей предшествовала государственная религиоведческая экспертиза, проведенная Экспертным советом при Минюсте РФ, созданным решением Правительства РФ. В Заключении (15.04.1999) указывалось, что в религиозной литературе, в вероучении и в соответствующей ему практической деятельности не содержится призывов к насильственному изменению конституционного строя России, к нарушению целостности государства, а также призывов к насилию, разжиганию расовой, национальной и религиозной розни; к отказу от исполнения установленных законом гражданских обязанностей; к совершению других противоправных действий. Два момента привлекают внимание. Первый - в числе изученной Экспертным советом литературы был ряд изданий, которые не были тогда признаваемы «экстремистскими», но спустя десять лет Экспертизой Кемеровского госуниверситета таковыми были признаны. Второе вот уже более десяти лет заключение Экспертного совета, обладающее, безусловно, высшей, по сравнению с экспертизой Кемеровского госуниверситета, юридической силой, является базовым религиоведческо-правовым основанием для легальной деятельности централизованной и местных организаций Свидетелей Иеговы. Его никто не отменял, и в нем изложены концептуальные подходы и оценки государства в отношении деятельности организации Свидетелей Иеговы, которые остаются и сегодня основополагающими. Если мы их поставим под сомнение мы поставим под сомнение легальный статус организации Свидетели Иеговы, то есть вернемся к временам до 1991 года.

Каков же вывод по экспертизе. Ее недостатки и просчеты, грубые ошибки и субъективизм, непрофессионализм и примитивизм привели к тому, что:

а) экспертизой невозможно руководствоваться, и на ее основе невозможно дать объективную, непредвзятую и научно-обоснованную, целостную и неоспариваемую оценку деятельности организации Свидетели Иеговы, в том числе и распространяемой ею религиозной литературы

б) экспертиза вполне осознанно направлена на формирование у правоохранительных и судебных органов негативного и уничижительного отношения к религии Свидетелей Иеговы, к деятельности организаций Свидетелей Иеговы и к конкретным ее представителям

в) экспертиза, игнорируя сущность, характер и сам факт наличия государственно-церковных отношений, свойственных России как светскому государству, в своих выводах фактически вышла за рамки правового поля (законодательство о свободе совести), в котором и должна была рассматриваться деятельность и религиозная литература Свидетелей Иеговы. Вместе с тем, она вступает в противоречие с установившейся в общероссийском религиоведческом сообществе точкой зрения на вероучение Свидетелей Иеговы, излагаемого в том числе и в изданиях данной религиозной организации, а также с оценкой всей иной деятельности Свидетелей Иеговы, основанной на их вероучении.

г) экспертиза резко контрастирует с постановлениями Европейского суда по правам человека, принятыми по обращениям местных организаций Свидетелей Иеговы в г. Челябинске (2007) и в г. Москве (2010). Ни в их деятельности, ни в распространяемой ими литературе, хотя «претензии» к последней со стороны органов власти и правоохранительных органов во многом совпадают с тем, что заявлено в Обвинительном заключении, не были выявлены признаки или призывы к какой-либо противоправной деятельности. Более того, нарушителем ст.ст. 9 и 11 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод в отношении данных организаций была признана Россия. По сути, авторы экспертизы, игнорируя эти факты, вольно или невольно ставят под сомнение правовую обоснованность постановлений ЕСПЧ и обязательность их выполнения со стороны России.

д) экспертиза создает предпосылки к тому, что, опираясь на нее, следствие и обвинение могут выйти из сферы права светского государства. Они «переместятся» в интереснейшую сферу, но в иную, когда сопоставляются и сравниваются вероучения, культы, культурные традиции, нравственные нормы, этноконфессиональные, межконфессиональные и государственно-церковные отношения, присущие различным религиям - мировым и национальным, традиционно бытующим на той или иной территории или «мигрирующим» по Земле. Но это никак не связано с правом и происходит либо в сфере научного поиска и анализа - в сравнительном религиоведении; либо в богословско-теологической сфере (в сравнительном богословии), являющейся частью внутренней жизни Церквей и неподвластной государству. При любых результатах поиска и анализа в каждой из этих областей никакой ответственности перед государством не наступает. Ученый и богослов, верующий и неверующий, ответственны либо перед наукой и научным мнением и сообществом, либо перед Богом и церковью, вероучение которой он принимает!

е) к сожалению, подмена правовой коллизии спором мировоззренческим состоялась. Мы нередко это наблюдали в ходе судебных заседаний, когда вместо исследования правовых отношений между государством и гражданами, а также создаваемыми ими религиозными объединениями, происходило обсуждение межличностных отношений, порождаемых не государственным правом, а добровольным выбором и следованием людей тем или иным предписаниям Священного Писания и Священного Предания избранной ими религии (церкви).

Итоговые замечания.

Обобщая, замечу, что следствие и обвинение, сосредоточив основное внимание и опираясь на псевдонаучные выводы Заключения судебно-экспертной комиссии, да к тому же сделав его по существу основным «доказательством» вины подсудимого, встало на неверный путь. Он может привести к грубой судебной ошибке, которая повлечет за собой серьезные и масштабные нарушения прав и свобод верующих граждан, может стать своеобразным детонатором напряженности в религиозной сфере общества, перерастая в напряженность социальную.

Ваша честь, по рассмотрении материалов дела и судебных заседаний, свидетельствующих об отсутствии события преступления, вменяемого обвиняемому, изложив свои доводы, подтверждающие, как мне кажется, этот вывод, полагаю справедливым и объективным вынесение оправдательного приговора Александру Викторовичу Калистратову

Понимаю, понимаю, что в этом достаточно необычном деле все мы находимся не только перед необходимостью найти справедливое и объективное решение правовой коллизии, но и перед определенным нравственным выбором. Ибо, как в прошлом (далеком и близком), так и сегодня есть «добро» и «зло», «честь» и «бесчестие», «правда» и «ложь»…

И это не отвлеченные понятия. Нравственный выбор определяет и нашу нравственную ответственность.

Александр Калистратов избрал путь духовного служения. Им он следует, сохраняя при этом в полной мере свою гражданскую лояльность и исполняя гражданские обязанности.

Александр Калистратов не виновен - ни перед Законом, ни перед людьми, ни перед Богом!

Комментариев нет:

Отправить комментарий